Три британца и канадец стали первыми в истории, кому удалось дойти пешком до «полюса недоступности».

Там их встретил…товарищ Ленин.

«АиФ.Европа» удалось выйти на связь с участниками экспедиции.

Наше письмо по электронной почте застало их на ледоколе «Академик Федоров», путешественники уже успели побывать на российских станциях «Прогресс» и  «Молодежная».

«Спасибо за интерес к нашей экспедиции! Вы, кстати, не в курсе, где в Европе можно купить хорошую че

Реклама

рную икру и водку? Мы очень хотим сделать сюрприз нашим новым русским друзьям в Антирктиде!»

1800 км во льдах пешком за 50 дней
 
Команда N2i (Novo to Inaccessibility)- британцы Рори Свит, Руперт Лонгсдон, Генри Куксон и канадец Пол Ландри вылетели из Лондона в Кейптаун 21 ноября прошлого года. Затем на российском самолете добрались до Новолазаревской станции, откуда и взяла начало экспедиция: за 50 дней был преодолен путь в 1800 км.

— После того, как мы пешком достигли центра Антарктиды, за нами прилетел самолет и доставил нас на российскую станцию «Прогресс», где нас очень тепло приняли, — написал «АиФ.Европа» Руперт Лонгсдон. — Самое сильное впечатление от нашего пребывания на «Прогрессе» — это русская баня! Какое же это было счастье — после 50 дней скитания по снежной пустыне без какой-либо помывки вообще. У русских полярников, живущих на станции, наша экспедиция вызвала живейший интерес, и мы каждый вечер после ужина обсуждали все события и детали. Они все просто потрясающие ребята! Начальник «Прогресса» пригласил нас на вечеринку  — отпраздновать успех нашей экспедиции. Мы вдоволь напробовались водки и «zakuski» — сыр, колбаса, рыба… И столько смеха и шуток мы давно не слышали!

Через несколько дней, 25 января, мы отбыли на другую станцию — «Молодежная», откуда нас забрал российский ледокол «Академик Федоров».

Нам единственным варят овсянку!

— Как вам жизнь на российском ледоколе?

— Это не ледокол, это какой-то плавучий лабиринт. Нигде не видели столько коридоров, комнат, переходов. До сих пор баню никак не найдем! Что касается распорядка дня — разнообразием он не отличается. Спим, едим. Смотрим видео, спим. Выпьем виски, опять спим. Виски нам специально привезли в самолете, когда забирали с полюса недоступности. Это, как известно, живая вода…

Климат в этих широтах меняется очень резко. Переход от антарктического лета с температурой −50С к кейптаунскому лету — к которому мы плывем — бесследно для организма не проходит. Кроме того, вчера попали в сильный шторм. Морская болезнь — страшная вещь, даже для таких закаленных ребят, как мы. А Пол позеленел еще до начала качки, сразу, как услышал, что приближается шторм.

Генри и Рори выбрались наверх, хотели сфотографироваться на фоне громадных волн, но дежурный российский офицер поймал их за этим занятием, загнал опять в помещение и отругал, как двух нашкодивших школьников.

В такой шторм каждый обед превращается цирковой атракцион. Особенно забавно есть суп из тарелок — ешь быстро, пока там еще что-то есть. Зато на завтрак нам, единственным из всей команды, специально варят овсянку.

— Но ведь вы не первые, кто добрался до полюса недоступности. Чем ваша экспедиция отличается от советской, побывавшей там в 1958 году?

И Ленин — такой молодой…

— Советские исследователи добирались на тяжелых вездеходах. Мы же поставили задачу дойти туда без привлечения какой-либо моторизированной техники. Часть пути шли сами на лыжах, часть — «ехали» за воздушными змеями. Причем, на каждого приходилось по 120 килограмм поклажи. Было трудно. К тому же, лето выдалось прохладным, мы шли при температуре −50°С, а обычная летняя температура в тех широтах минус 30°С.

— В 58-м один «член экспедиции» — бронзовый — остался навсегда во льдах. Вы ведь знали, что наши полярники установили там бюст Ленина?

— Конечно. Мы знали, что бюст Ленина находится в центре материка, только считали, что нам его придется искать и откапывать. Шутка ли — 49 лет один стоит. Мы были очень удивлены, когда увидели, что он, как ни в чем не бывало, гордо возвышается над снегом и льдом, сияя на солнце.

— На фотографии Ленин стоит на каком-то ящике. Что это такое?

— Бюст установлен на деревянной трубе высотой 10 футов (почти 3 с половиной метра) . Эта труба увенчивает крышу временного здания, которое советские исследователи использовали как «летнюю резиденцию» все 14 дней своего пребывания в 1958 году, когда они покорили центр Антарктиды.

— А вы-то с собой памятника никакого не взяли… Но если бы была возможность поставить еще один бюст, этому в компанию, кого вы бы выбрали?

— Нашу королеву. Все-таки, она олицетворяет Великобританию, а я британец.

Маргарита СТЮАРТ, Петр МОРОЗОВ
Фото www.teamn2i.com