Один из трюизмов, кочующих из одного курса по обучению менеджеров в другой, заключается в том, что бизнес - это связи. Чем больше людей вы знаете, тем лучше для вашего бизнеса. Насколько лучше? Ответ напрямую зависит от качества - влияния и могущества - ваших знакомых.

Сегодня, если ваш бизнес связан с футболом, среди самых полезных контактов можно назвать, конечно, знакомство с Романом Абрамовичем. Россиянин-миллиардер парит над футбольным миром, подобно некоему всесильному божеству - ему молятся увязшие в долгах клубы, перед ним трепе

Реклама

щут конкуренты Челси, опасаясь вступать с ним в финансовую борьбу за игроков - ведь победитель в этой схватке известен заранее. Просто удивительно, какая мощная аура создалась вокруг этого человека - ведь он теперь почти не дает интервью СМИ, и вообще, по сравнению с другими магнатами, ведет себя тише воды, ниже травы. В условиях, когда большая часть футбольного мира барахтается в океане долгов, Абрамович стал символом надежды - этаким ангелом-инвестором, спускающимся с небес, чтобы спасти бедствующий клуб. Во времена, подобные нашим, Абрамович как идея - даже Абрамович как шанс - куда важнее, чем Абрамович как личность.

В январе Аугусто Лендойро (Augusto Lendoiro), президент нищего клуба Депортиво ла Корунья, объявил, что ему удалось привлечь интерес потенциальных инвесторов в России и Англии.

Абрамович? - ответил он на уточняющий вопрос. - Точно не знаю, но вполне возможно, речь идет о людях из его окружения. Одного этого оказалось достаточно, чтобы на полную мощность запустить маховик слухов, и приободрить упавший духом клуб.

Стоит вам сказать, что вы - друг Романа, ищущий куда вложить капитал, и у вас тотчас появятся сотни закадычных приятелей. В прошлом сезоне нечто подобное испытал клуб Рома, когда появились сведения, что его владелец Франко Сенси (Franco Sensi) ведет переговоры с загадочной российской нефтяной компанией под названием Нафта Москва. Нафта? Нефть? Россия? Все признаки налицо. . . Абрамович идет. Ждите пришествия мессии! - так среагировала на это известие римская пресса, и почти на месяц это стало для нее главной темой.

В конечном итоге Депортиво и Рома поняли, что их партнеры не имеют к Абрамовичу никакого отношения. Однако сегодня эффект Абрамовича охватил и бразильский Коринтианс - настолько, что этот клуб из Сан-Паулу совершил крупнейшую трансферную сделку, заполучив, возможно, лучшего игрока из тек, кто не выступает за европейские клубы.

В ноябре контроль над Коринтианс установила доселе малоизвестная инвестиционная компания Media Sport Investment (MSI). По сути, они арендовали клуб сроком на 10 лет за 20 миллионов фунтов и под обещания будущих инвестиций. Главой MSI, чья штаб-квартира находится в Лондоне, является Киа Джурабчан (Kia Joorabchian) - тридцатитрехлетний иранский эмигрант, гражданин Канады, получивший образование в Великобритании.

Появление Джурабчана в Коринтианс поначалу вызвало скептицизм, особенно после того, как просочилась информация о его намерении приобрести Карлоса Тевеса (Carlos Tevez) из Бока Хуниорс. Тевесу только что исполнился двадцать один; в Латинской Америке он признан лучшим футболистом года.

Спортсмены такого уровня, как правило, в конечном итоге попадают в крупные европейские команды, и запрошенная за него цена - 10,5 миллионов фунтов - в четыре раза превысила рекордную сумму, когда-либо заплаченную за игрока бразильским клубом.

Поскольку о прошлом Джурабчана мало что известно, и к тому же он не разглашал имена стоящих за ним инвесторов, многие сочли, что речь идет о новом Майкле Найтоне [Michael Knighton - британский инвестор, намеревавшийся в 1989 г. приобрести Манчестер Юнайтед, но обвиненный в финансовых махинациях - прим. перев.] - хвастливом потенциальном владельце, чья империя на деле представляет собой карточный домик. Однако, когда Джурабчан действительно приобрел Тевеса, а затем и Карлоса Альберто (Carlos Alberto) из Порту, поползли слухи - за ним наверняка стоит кто-то с весьма серьезными деньгами.

Тут-то и всплыло имя Абрамовича. Несмотря на официальные опровержения со стороны Джурабчана, все пикейные жилеты, судя по всему, пришли к убеждению, что иранец - лишь подставное лицо, за которым скрывается владелец Челси. В поддержку своих аргументов они приводят массу косвенных доказательств.

Когда Джурабчан вел переговоры с Бока относительно Тевеса, яхта Абрамовича Le Grand Bleu стояла на якоре в гавани Буэнос-Айреса. Агента, оформлявшего сделку по продаже Тевеса, зовут Фернандо Идальго (Fernando Hidalgo): он тесно связан с Пини Захави (Pini Zahavi) - посредником, помогавшим Абрамовичу купить Челси, которого и поныне часто нанимают владельцы Стамфорд-Бриджа. Жоржи Мендес (Jorge Mendes), португальский агент, организовавший переход Карлоса Альберто из Порту, близко знаком с Жозе Моуринью (Jose Mourinho), и был его представителем, когда тот устраивался на работу в Челси. Еще один кандидат на трансфер в Коринтианс, Вагнер Лав (Wagner Love), играет за московский клуб ЦСКА, чьим крупнейшим спонсором является нефтяной гигант Сибнефть, где Абрамовичу принадлежит контрольный пакет. Кроме того - и это, пожалуй, самый многозначительный довод - шесть лет назад Джурабчан купил российскую газету Коммерсант, а затем продал ее Борису Березовскому - деловому партнеру Абрамовича и его собрату по олигархическому клану.

Проблема, однако, в том, что эти доказательства способен разнести в пух и прах любой третьеразрядный адвокат. Так, существует миллион причин, по которым яхта Абрамовича могла зайти в Буэнос-Айрес. Кроме того, если бы Абрамович пожелал соблюсти секретность, он просто прилетел бы обычным рейсом (или, на худой конец, воспользовался личным самолетом), а не стал бы выставляться напоказ, появившись в общедоступной гавани на борту мегаяхты 370 футов в длину.

Что же касается Идальго и Мендеса, их участие в этой истории также нельзя назвать чем-то необычным. Оба они - монополисты на рынке футбольных талантов в своих странах: аргентинец представляет не только Тевеса, но и таких игроков как Эрнан Креспо (Hernan Crespo) и Хуан Себастьян Верон (Juan Sebastian Veron), а Мендес оформлял переход в Челси Пауло Феррейры (Paulo Ferreira) и Рикарду Карвалью (Ricardo Carvalho). Вагнер Лав в Москве тосковал по дому и хотел вернуться в Бразилию: Коринтианс - единственный клуб в стране, который в состоянии его купить, и, скорее всего, летом эта сделка будет завершена. Единственный оставшийся довод - сотрудничество Джурабчана с Березовским шестилетней давности, которое, если честно, ничего не доказывает.

Столь же шаткой выглядит и гипотеза о возможных причинах интереса Абрамовича к Коринтианс. Она сводится к тому, что этот клуб станет для Челси важным плацдармом в Латинской Америке и хранилищем талантливых футболистов до их появления на Стамфорд-бридже. Проблема с этой теорией вот в чем: чтобы добиться всего этого, Абрамовичу незачем вкладывать деньги в какой-нибудь футбольный клуб. К примеру, он сам мог бы без труда приобрести Тевеса, а затем одолжить его другой команде, как он и поступил в прошлом году, когда Челси купил Алексея Смертина и отправил его в Портсмут. Зачем же все усложнять, прячась за спиной Джурабчана?

В подобных ситуациях как правило находятся люди, готовые в неофициальных беседах подтвердить возникающие догадки. Однако все, с кем мне удалось поговорить (некоторые из них упоминаются в этой статье), однозначно отрицали, что за Джурабчаном стоит Абрамович. Все кроме одного заявили, что понятия не имеют, кто финансирует MSI. А единственный мой собеседник, утверждавший, что знает, кто эти инвесторы, отказался их назвать. Тем не менее слухи продолжают множиться. Но это, возможно, к лучшему. Дело здесь не в Абрамовиче, а в самой идее о богатом спасителе, пришедшем на помощь Коринтианс, благодаря которой вокруг людей вроде Джурабчана возникает чуть ли не мистический ореол, работающий на их репутацию.

Болельщики Коринтианс воспрянули духом: теперь они считают, что их команда может составить конкуренцию крупным европейским клубам. Но что произойдет даже в наихудшем случае - если эти надежды не оправдаются? Если компания Джурабчана - всего лишь карточный домик, Коринтианс просто окажется в той же ситуации, что и раньше, когда клубу грозило банкротство.