Опубликовано в апрельском номере литературного журнала "Черный Квадрат"(Великобритания) www.blackquadrat.com"
Мое временное пристанище,
Мой палаточный городок.
Пепелище мое, пожарище
Неуемных моих тревог.
Где постель мне постелит женщина?..
И споткнусь я о чей порог?..
Имя чье мне судьбою завещано
На распутье дальних дорог?
Все знакомые, все попутчики.
Разошлись. И из сердца вон.
И бутылки под лавкой кучкою,
И душа как пустой вагон.
Я с годами стал осторожней,
Но чего-то не доглядел -
Не от пыли дорожной
Рано я поседел.
ПОРТРЕТ САМАРИ
«Все только продолженье бала,
Из света в сумрак переход»*
Рука художника устало
Мазки последние кладёт.
Погас. И снова тих и бледен.
Но красота на полотне.
И кто-то юный будет бредить
Его мечтою по весне.
Он ждал, просил его прихода.
И озарение пришло:
И, торжествуя над природой,
Вдруг засияло ремесло.
И женщина, игрою случая,
Роняет свет перед собой.
Не обещая и не мучая,
Зовет его на вечный бой,
Но время тихо гасит свечи.
Тускнеет блеск живых цветов.
Ты не проси любви навечно,
Он вечность дарит за любовь.
*А. Блок
СЕВАНСКИЙ МОНАСТЫРЬ
На краю земли, где горы
Чешут гривы облакам,
Смотрит в даль с глухим укором
Бесприютный храм.
Серо небо, серый камень.
И холодный луч.
И глубокий, стылый пламень
У подножья круч.
Как слеза, прозрачны воды.
Слёз своих не прячь.
Видно здесь собрали годы
Весь сиротский плач.
Слышишь - жаркий вдовий шёпот.
Плат - узлом концы.
И по плитам тонкий цокот
Жертвенной овцы.
Всё - как прежде. Всё - приметы.
Всем открыт ветрам,
На скале стоит раздетый,
Бесприютный храм.
ПЕСНЯ ПОЗДНЕЙ ЛЮБВИ
Напои меня миром и светом
В бесконечно тревожные дни.
Дай не верить зловещим приметам
И надежду мне снова верни.
В лес из звонких и солнечных сосен
И весёлых прозрачных берёз
Уведи меня поздняя осень,
Защити от негаданных слёз.
Этой ночью в ладонях беды,
Словно бога открывший мирянин,
Буду ждать той падучей звезды,
Знак которой невнятен и странен.
Странный знак. Но поверь мне, поверь.
А не то, как мальчишка, заплачу.
Слышишь? Где-то лесная свирель.
С бубенцом подорожным в придачу.
Ты не слышишь. Я знаю, ты спишь.
Всё спокойно в тебе. Ты любима.
В тихих снах не со мной говоришь.
Дни проносятся суетно мимо...
* * *
Когда читаешь ты стихи,
Душа простительно - беспечна.
И наши прежние грехи
Так очевидно безупречны.
И слово дышит божеством
И тайной, еле приоткрытой.
Как раковину, вскрыв ножом,
В ней ожидаешь клад забытый.
И первой строчкою пленён,
Перемолов породы груды,
Булыжник - это явь, не сон -
Находишь вместо изумруда.
* * *
Я люблю одиночество,
Пыльный стол и ковры.
В них глухое пророчество
Неподвижной стены.
Не пробьётся ни звука,
Ни шагов и ни вздоха.
Что за сладкая мука
В тишине той оглохла!
В хрустале хризантемы,
Запах горькой полыни.
Под роскошною пеной
Заморочной картины.
Это мудрость забвения
Неуёмного сердца!
Зеркала в полотенцах,
И пятак на везение.
* * *
Вьётся вьюга - заваруха,
Вдоль дорог сугробы множит.
Вдруг войдёт ко мне без стука.
Заметелит, растревожит.
Заметелит, растревожит,
Коромыслом дым поднимет.
Потерзает и остынет.
И уйдёт, и не поможет.
А по окнам снежно-вьюжно.
Мчат ветра коней по свету.
Может, это так и нужно?
Мне - не знаю, нужно ль это.
СОЛО ДЛЯ ДОРОЖНЫХ СТОЛБОВ
Мне по-немецки исполняют соло
На спицах ног дорожные столбы.
А русской солью грубого помола
Я здесь солю капусту и грибы.
Отечество, где всё идёт не в лад.
Где нас уже давным - давно забыли.
Там через мой вишнёвый сад
Дорогу в храм чужой сложили.
Из цикла «СОВОК В ЕВРОПЕ»
Ассимиляция.
Твердят заезжие витии:
„У вас особенная стать”.
Уехать нужно из России,
Чтобы еврею русским стать.
О смене ценностей
Когда я был силен и молод,
Держал в руках и серп и молот.
Но символ сей уж не в цене:
Подайте милостыню мне.
Чувство коллективизма.
Скучая, шлялся по Парижу.
Забрел в кабак - людей не вижу.
У нас в тюрьме, как сельди в бочке,
А здесь - все пьют поодиночке.
Терпимость к людям.
Хотя ночной покой нарушил,
Тебя соседи не придушат.
И даже больше - промолчат.
Но куда надо „постучат”.
Без этой грязной перепалки,
Что нас роднила в коммуналке.
Что впереди...
Успел вскочить я на подножку
Трамвая в двадцать первый век.
Успел стаканчик на дорожку,
Как всякий грешный человек.
Друзья, кто не успел со мною
Перемахнуть в заветный стан,
Махнут из прошлого рукою:
„Куда торопишься, болван?”
Труд – дураков красит
Здесь, в Европе, в самом деле,
Все немного охренели:
Кто ж с утра заборы красит?
Спозаранку водку „квасят”.
***
Великие люди уходят из жизни.
И мне за компанию вещи собрали.
Толпимся у двери, в рыдании ближних,
Вдруг слышу родное:
„Вы здесь не стояли”.
Ответ наркома.
В своей наивности был скотским
Вопрос. И дерзок и нечист.
Ответил честно Лёва Троцкий:
„Я не еврей, я коммунист”.
Цена свободы слова
Свобода слова означает,
Когда из глотки выпал сыр.
Молчаньем скорбным отмечает
Сие событие сортир.
Михаил Аранов (г.Ганновер, Германия)
|
